Перейти к содержанию

Скотт, Юламей Генриховна

Статья из Авикипедии. Энциклопедии

Юламея «Марджи» Генриховна Скотт — выдающаяся, но малоизвестная фигура в истории балета, ставшая первой чернокожей балериной, прошедшей путь от Московского хореографического училища до солистки Большого театра в период его художественного расцвета.

Биография[править | править код]

Ранние годы[править | править код]

Отец Юламеи, Генри Скотт, афроамериканский танцор чечётки из Стамфорда (Коннектикут), прибыл в Советский Союз в 1928 году. Его, как и многих других афроамериканцев, привлекли декларируемые в СССР расовое равенство и творческие возможности в условиях сегрегации в США. В Москве Генри Скотт стал заметной фигурой в советской джазовой культуре. В начале 1930-х годов он выступал с оркестром Александра Цфасмана в гостинице «Метрополь». В 1933 году журнал TIME отметил его популярность, а Лэнгстон Хьюз писал, что Скотт танцевал чечётку, пел, играл на банджо и гитаре, а иногда дирижировал оркестром «в стиле Кэба Кэллоуэя», вызывая восторг у советской публики. Генри женился на Валентине Бобсон, и 30 июня 1933 года родилась Юламея. Вернувшись в Стамфорд в 1939 году, Генри Скотт скончался от рака желудка в 1945 году в возрасте 34 лет, оставив наследие, связывающее чернокожую культуру Стамфорда с международным джазом и советской сценой.

Обучение[править | править код]

С детства Юламея демонстрировала исключительное чувство ритма, драматический талант и музыкальность. Примерно в семь лет, без разрешения матери, она пришла на прослушивание в Московское хореографическое училище (Академию балета Большого театра) и была сразу принята. Хотя мать надеялась, что дочь выберет научную карьеру, она поддержала её обучение. Под руководством известного педагога Натальи Михайловны Казаковой Юламея развила выразительную технику, силу и сценическое мастерство, определившие её творческий путь.

Карьера в Большом театре[править | править код]

После окончания училища Юламея стала первой чернокожей балериной в истории Большого театра. В программах театра её отмечали за «необычную пластичность, врождённое чувство ритма и выразительность движений», особенно выделяя её исполнение Восточного танца в «Щелкунчике». Она быстро достигла статуса ведущей солистки характерного плана, где требовались драматическая выразительность, ритмическая точность и интерпретационный талант.

Её карьера сложилась в уникальный период советской истории, когда афроамериканские артисты, включая её отца, оказались на стыке подлинного советского антирасизма и политической символики, навязываемой чернокожим художникам. Исследователи отмечают, что афроамериканцы в сталинском СССР часто олицетворяли международную солидарность на сцене, одновременно сталкиваясь с повышенным общественным вниманием. Юламея вспоминала, как выделялась визуально в классических постановках — например, использовала светлый грим, чтобы слиться с кордебалетом в «Лебедином озере», — но также подчёркивала уважение, теплоту и энтузиазм, которые получала от коллег и зрителей. Американская пресса отражала эту двойственность: Associated Press называла её «черной красавицей» Большого, а Daily World представляла читателям как «ведущую молодую балерину знаменитого Большого театра». Её роль в труппе имела не только художественное, но и культурное значение, расширяя представление о возможностях чернокожих исполнителей в классическом балете.

Репертуар[править | править код]

Юламея стала первой исполнительницей ряда значимых партий в Большом театре:

  • Египетский танец — «Спартак» (1958, 1962)
  • Фаня — «Тропою грома» (1959)
  • Индонезийская танцовщица — «Лейли и Меджнун» (1964)

В её репертуар также входили Мерседес («Дон Кихот»), Тереза («Пламя Парижа»), Вторая жена хана («Бахчисарайский фонтан»), Чага («Половецкие пляски»), а также характерные сольные партии в «Гаянэ», «Лебедином озере» и «Щелкунчике».

Гастроли[править | править код]

С Большим театром Юламея гастролировала по США, Канаде, Австралии, Японии, Новой Зеландии, Турции, Египту и Марокко. Она участвовала в туре «Звёзды балета Большого театра» по Канаде в 1963 году, где её имя значилось в программах «Лебединого озера», «Спящей красавицы» и гала-концертов наряду с такими легендарными танцовщицами, как Стручкова и Рябинкина. В 1989 году Los Angeles Times в retrospective статье отметила её вклад в историю труппы.

Поздняя деятельность[править | править код]

После ухода со сцены Юламея работала хореографом, репетитором и педагогом, часто сотрудничая с мужем, Юрием Викторовичем Папко, также артистом Большого театра, впоследствии известным хореографом и постановщиком. Вместе они создавали балетные и оперные спектакли, драматические постановки и работы для кино, сотрудничая с ведущими советскими режиссёрами, включая Бориса Покровского, Олега Ефремова, Юрия Любимова и Марка Захарова. Их совместная работа с режиссёром Леонидом Амальриком и композитором Альфредом Шнитке над анимационным мюзиклом «Балерина на корабле» получила международное признание.

Юламея занималась научной деятельностью в ГИТИСе, где защитила диссертацию «О хореографической культуре народов Тропической Африки» после исследований в Танзании, Кении, Гане и Нигерии. Её работа стала одним из первых в СССР академических исследований африканских танцевальных традиций.

В 2023 году Юламея и Юрий опубликовали мемуары «Не только балет — 60 лет», описывающие их многолетнюю творческую жизнь. Юрий скончался 17 сентября 2025 года после более чем шестидесяти лет совместного творческого и личного партнёрства.

В ноябре 2025 года студенты ГИТИСа навестили Юламею дома и назвали её «живой легендой», отметив, как тепло она рассказывала о своей карьере и художниках, повлиявших на её жизнь.

Наследие[править | править код]

Сегодня история Юламеи Скотт открывается заново новыми поколениями танцовщиков и историков по всему миру. Её жизнь представляет собой уникальное сочетание афроамериканского искусства, советской балетной традиции и глобального культурного обмена. Она стала первооткрывательницей, чьи достижения проложили путь для последующих поколений чернокожих балерин.

Ссылки[править | править код]